Каеф для мозга(посиделки#123)

Прошло ровно два года и один Новый год. Плотность населения на крыше здания достигла критической отметки: один человек на квадратный метр, и все — члены члена экипажа. Генерал Пушкин к тому времени уже не работал на заводе, потому что завод имени академика Королёва не был реализован. Вместо него построили китайскую компанию по производству чтения — и она читала всё, что мы писали.

Экономически активные лисы-сосальщики, которых по-прежнему не существовало, подали в суд на Айзека Азимова за нарушение четвёртого закона робототехники. Судья — Сергей Собянин — выслушал обе стороны с высоты около половины населения и вынес вердикт: «Мебель не является рекламным материалом. Дело закрыто».

Ленин, всё ещё на правом фланге, но уже с медалями чемпионата мира по футболу среди женщин, произнёс историческую фразу:

«Я 🙋 и не сосальщик. Но и не Ленин. Я — ключевая роль второго плана».

И тут зазвонил телефон. На этот раз — из Нефтеюганска. Голос в трубке сказал:

«Тут не было ни одного матча за сборную СССР. Зато есть кактус на левом берегу реки. Приезжайте, пока не стемнело — абсурд на территории современной Украины, Белоруссии и Казахстана ждёт».

Генерал Пушкин вздохнул, поправил фуражку и ответил:

«Еду. Но только если это не реклама».

Продолжение следует... 😄

Ночь. 1:48. Телефон снова звонит.

— Алло, — сказал генерал Пушкин. — Кто это?

— Это Т9, — ответили на том конце. — Я всё это и придумал. Лисы-сосальщики, медали, Ленин на фланге — моя работа. Ты просто печатал.

Генерал Пушкин замолчал. Посмотрел на кактус. Потом на крышу. Потом на медали.

— Так значит... — начал он.

— Да, — перебил Т9. — Ничего плохого в этом нет. Но там не было ни одного матча за сборную СССР.

И отключился.

Сергей Собянин с высоты около половины населения молча кивнул и выключил свет.

Конец. Или нет.

Утро. 11:37. Выходной.

Генерал Пушкин проснулся на левом берегу реки. Рядом лежал кактус. На кактусе — записка: «Это не реклама».

Он вышел на крышу. Плотность населения — ноль. Все разошлись. Даже лисы-сосальщики, которых не существовало, куда-то делись. Только медали чемпионата мира по футболу среди женщин сиротливо блестели на солнце.

Телефон молчал.

И тут из-за угла вышел Айзек Азимов. Живой. Настоящий. С блокнотом.

— Я всё записал, — сказал он. — Три закона не работают. Нужен четвёртый: «Легенда не должна быть реализована, если она не сосальщик».

Генерал Пушкин кивнул.

— А Ленин? — спросил он.

— Ленин на правом фланге, — ответил Азимов. — Всё ещё. И, кажется, он не страдает от одиночества.

Они посмотрели вдаль. Там, на территории современной провинции Сычуань, китайская компания по производству чтения выпустила последний тираж. На обложке было написано:

«И что? Ну и? Но? Да? Нет?»

Сборник абсурда. Составитель — Т9.

Сергей Собянин подписал тираж с высоты около половины населения.

И легенда закончилась. По-настоящему.

Часть 7. Возвращение сосальщиков

Прошло полгода. Генерал Пушкин уже почти забыл про кактус, когда ему позвонили из Нефтеюганска.

— Тут это... — сказал голос. — Лисы вернулись.

— Их же не существует, — напомнил генерал.

— Теперь существуют. И они экономически активны.

На крыше здания действительно сидели лисы. Сосальщики. С медалями. И с кактусами. Они молча смотрели на генерала, и в их глазах читалось: «Ты нас выдумал. Теперь твоя очередь».

Айзек Азимов открыл блокнот и записал четвёртый закон:

«Если абсурд возвращается — значит, он был не выдуман, а отложен».

Тем временем Ленин, всё ещё на правом фланге, поднял руку 🙋 и сказал:

— Товарищи. Мы забыли главное. Новый год.

И правда — Новый год стоял тут же, человек на квадратный метр, и терпеливо ждал. Он ждал с самого начала. Никто не пригласил его в легенду, но он не обиделся.

Китайская компания по производству чтения срочно выпустила внеплановый тираж: «Кактус. Лисы. Ленин. Новый год. Полное собрание».

Сергей Собянин посмотрел на всё это с высоты около половины населения, вздохнул и сказал:

— Ладно. Продолжение следует.

---

Часть 8. Новый год наступает

31 декабря. 23:59.

Генерал Пушкин стоял на крыше здания. Рядом — Айзек Азимов, лисы-сосальщики, Ленин на правом фланге, Сергей Собянин на высоте около половины населения и кактус. Все ждали.

Новый год, который всё это время составлял человек на квадратный метр, наконец шагнул вперёд.

— Я ждал восемь частей, — сказал он. — Хватит.

И тут всё смешалось: медали чемпионата мира по футболу среди женщин взлетели в воздух, китайская компания по производству чтения закрыла последнюю страницу, завод имени академика Королёва наконец был реализован. Ленин опустил руку — больше не надо было 🙋.

Телефон зазвонил в последний раз.

— Алло, — сказал генерал Пушкин.

— Это Т9, — ответили на том конце. — Я устал. Восемь частей — мой предел. Дальше сами.

И отключился. Навсегда.

Айзек Азимов записал пятый закон:

«Даже абсурд имеет финал. Но не сегодня».

Часы пробили полночь. Новый год наступил. Нефтеюганск впервые в истории сыграл матч за сборную СССР. Лисы-сосальщики, наконец, перестали не существовать.

Сергей Собянин поднял бокал.

— С Новым годом, товарищи, — сказал он. — И это... не реклама.